Но вместо забав Вовка критически осмотрел нашу комнату и нравоучительно заметил: мол, как мне не стыдно жить в такой грязи? Он тут же предложил устроить генеральную уборку и вымыть полы. Я была совсем не в восторге от этой затеи, но Вовка уже притащил ведро воды. Мне пришлось найти тряпку, и мы принялись по очереди возюкать ею по паркету.
Комната была большой, и возиться с тряпкой нам быстро надоело. Для «экономии времени» мы решили радикально: взяли и вылили всё ведро прямо на пол. Затем Вовка принёс второе — и его постигла та же участь. На полу образовалось настоящее озеро, по которому, словно одинокие кораблики, печально дрейфовали чьи-то тапки. Мы попытались собирать воду обратно в ведро, но дело шло туго. Я в сердцах заявила Вовке, что он дурак и вся его затея дурацкая. Он не остался в долгу: ответил, что если мне нравится зарастать грязью — ради бога, а он «умывает руки». И ушёл, бросив меня посреди потопа.
Вскоре вернулась мама. Увидев наводнение, она поначалу испугалась, но я вовремя вставила: «Мамочка, я полы мою!» Мама мгновенно расцвела. Она так обрадовалась, что у неё растёт такая чудесная помощница, что тут же отправила меня отдыхать и гулять, пообещав доделать всё самой.
Когда я вернулась, пол сиял чистотой и сухостью. Мама с гордостью рассказывала всем соседям по коммуналке, какая я молодец и как старательно вымыла комнату. В тот миг я почувствовала себя невероятно взрослой и важной. А когда встретила во дворе Вовку, с торжеством показала ему язык. Он в ответ погрозил кулаком, и мы три дня не разговаривали. Но потом, конечно, помирились — куда же мы друг без друга?