По причалу, от только что затормозившей машины, бодро шагал полноватый человек, бережно неся в руках большую металлическую клетку.
— Похоже, эта жилплощадь предназначена для нашей Ворошки, — задумчиво произнёс Алекс, наблюдая за гостем с борта.
— Они что... Ворошку хотят забрать?! — воскликнула Дикки, и на глаза её мгновенно навернулись слёзы.
— Не думаю. Ты успокойся, — приобнял её художник. — Полагаю, скоро всё прояснится.
Спустя десять минут из надстройки вышел Пётр Сергеевич. В руке он держал ту самую клетку.
— Так и знал, что найду вас здесь, — сказал старпом. — Тебе, Дикки, предстоит непростое дело: уговорить свою пернатую подружку добровольно зайти в эти апартаменты.
— А зачем? Её у нас отбирают? — с тревогой спросила девочка.
— Да нет, что ты! Просто нам нужно свозить её в одно ведомство, чтобы выписать официальные документы. Между прочим, не только ей одной. Догадайся, кому ещё?
— Мне? — Дикки удивленно приоткрыла рот.
— Конечно, тебе! Только вы двое путешествуете на «Дружном» без единой бумажки. Так сказать, нелегальными «зайцами»!
— А меня... меня тоже в клетку посадят? — рассмеялась Дикки сквозь остатки слёз.
— Тебя — вряд ли, — улыбнулся Пётр Сергеевич. — А вот птицу постарайся уговорить. Через час нам нужно ехать в город.
— Куда поедем? — с замиранием сердца спросила Дикки.
— Как куда? В город, конечно! Или тебе совсем не интересно посмотреть на Сингапур?
— Ой, интересно! Очень даже интересно! А тётя Варя с нами поедет?
— Конечно, как же без неё! Однако сначала — птица! — строго сказал старпом и передал клетку девочке.
Заманить Ворошку внутрь оказалось делом почти безнадёжным. Помня прошлый опыт заточения, птица даже близко не подлетала к подозрительному металлическому ящику. Дикки перепробовала всё: и новые бусы, и блестящие фантики, и самые вкусные крошки — Ворошка лишь презрительно косилась на «ловушку» с безопасного расстояния.
— А может, нам отойти подальше? Вдруг она тогда решится зайти? — предложил Алекс.
— Войдёт и тут же выйдет! — резонно возразила Дикки. — А как мы успеем закрыть дверцу?
— Да, это вопрос... — Алекс хитро прищурился. — Но у меня есть идея. Неси-ка сюда нитку — потоньше да покрепче. Найдётся такая?
— Найдётся! — крикнула Дикки и стремглав бросилась в каюту.
Через пару минут она вернулась, запыхавшись, и протянула художнику катушку. Алекс принялся за дело: он поднял дверцу, скользящую по желобкам, привязал к ней нить и хитроумно пропустил её внутрь клетки. Достав из кармана спичку, он соорудил настоящую распорку-чеку.
— А теперь, Дикки, дай мне что-нибудь такое, перед чем твоя подруга ни за что не устоит!
— Я знаю! — воскликнула девочка. — У меня есть маленькие блестящие ножнички. Ворошка уже несколько раз пыталась их стащить!
Дикки умчалась за добычей. Ворошка, устроившись на палубном фонаре и забавно склонив голову, внимательно наблюдала за приготовлениями, нетерпеливо переминаясь с лапки на лапку.
Алекс взял у Дикки ножницы и Ворошкины любимые бусы. Ножницы он подвесил на тонкой нитке прямо по центру клетки. Стоило за них потянуть, как спичка-чека выскакивала из петельки, и дверца с шумом падала вниз. Если бы не вовремя подставленная рука художника, клетка бы захлопнулась в ту же секунду.
— А бусики? — спросила Дикки, переживая за сокровище.
— И бусики пригодятся. Мы положим их прямо под ножницами, для приманки.
— Но ведь она их схватит и сразу улетит!
— Пусть хватает, — хитро улыбнулся Алекс. — Я полагаю, что после лёгкого успеха с бусами она просто не сможет отказать себе в удовольствии завладеть ещё и ножницами!
Ждать пришлось недолго. Спустя несколько минут Ворошка бесшумно слетела с фонаря и замерла неподалеку от клетки, внимательно изучая обстановку. Алекс и Дикки, затаив дыхание, наблюдали за ней из своего укрытия.
Ворона осторожно обошла клетку кругом, заглянула внутрь, молниеносно схватила бусики и отлетела на безопасное расстояние. Но блеск ножниц не давал ей покоя. Решившись, она снова шагнула к ловушке, зашла внутрь и крепко ухватила клювом металл... Чек-спичка выскочила, и дверца с глухим лязгом захлопнулась!
— Кар-р! Кар-раул! Кошмар-р! — в ярости заголосила птица. Подбежавшие Алекс и Дикки наперебой принялись её успокаивать, но Ворошка не желала слушать оправданий. Дикки робко просунула сквозь прутья любимые бусы, но гордая «королева» даже не взглянула на них. Птица лишь нахохлилась и принялась сердито сверкать глазами на своих обидчиков.
Через полчаса такси с нашими пассажирами уже мчалось по улицам Сингапура. Машина то летела мимо зеркальных небоскребов, уходящих в самое небо, то медленно кралась по узким многолюдным улочкам. Дома здесь были невысокие, в два-три этажа, зато сплошь увешанные яркими, кричащими вывесками. Дикки поразило невероятное количество велосипедов: на них ехали все — и солидные взрослые, и дети. У дверей магазинов и офисов они стояли бесконечными рядами, сотнями, колесо к колесу.
Наконец машина остановилась у обочины невысокого здания, прямо напротив стеклянных дверей с большим зелёным крестом. Пётр Сергеевич вышел, открыл заднюю дверь и осторожно забрал клетку с нахохлившейся вороной.
— Подождите меня здесь, я быстро, — бросил он и решительно зашагал к входу.
Дикки провожала его тревожным взглядом. Когда спустя несколько минут Пётр Сергеевич вернулся к машине с пустыми руками, девочка едва не расплакалась:
— А где Ворошка?! Почему вы её там оставили?
— Не волнуйся, маленькая, всё с твоей подругой будет в порядке, — успокоил её старпом. — Врачи её осмотрят, оформят все необходимые бумаги, и к вечеру мы заберём её живой, невредимой и с настоящим «паспортом». А пока я хочу предложить вам, мои прекрасные дамы, как следует прогуляться по этому славному городу. Возражения есть?
— Возражений нет! — в один голос воскликнули тётя Варя и Дикки, мгновенно позабыв о тревогах.