Тайна


День начался рано. Татьяна, позевывая и кутаясь в шарф и подняв воротник шубы ждала раннего троллейбуса.

Народу на остановке было немного. Основная масса рабочего люда уехала еще раньше, а чиновничья братва и студенты еще только подтягивались.

Было раннее зимнее утро, скорее сумерки - «час быка». Наконец захолодало по-зимнему.Снежок под ногами аппетитно похрустывал, а звездное небо и молодой, напористый, недавно народившийся месяц, только начали тускнеть и восток чуть-чуть засветлел. Ароматный зимний воздух с привкусом далекого дымка приятно щекотал ноздри и будоражил воображение. Хотелось не в город, а из него, на природу в заснеженную деревню, где незлобно лают сонные собаки, топятся печи и звезды горят ярче.

Проснувшись совсем от своих мечтаний, Татьяна уже бодро и торопливо вскочила в подъехавший троллейбус.

На службе, так противно называла свою работу Татьяна, было назначено совещание по итогам года и присутствовать надо было обязательно.

Татьяна работала в нескольких рекламных компаниях, бегала по организациям по поиску клиентов, крутилась как могла, но денег в достатке не видела.

Деньги были наверху у менеджеров и хозяев, а всем остальным предлагалось работать за проценты, которые постоянно менялись по хитро придуманным схемам оплаты и почему-то всегда уменьшались. Менеджеры наверху постоянно находили уловки, чтобы прибрать к рукам, просто отнимали выгодных клиентов и вечные скандалы на совещаниях кто и сколько успел увести клиентов были основной темой совещаний по подведению годовых итогов.

Татьяна не любила эти разборки - изменить было ничего нельзя, так хитроумно были выстроены схемы оплаты, так туманно и заковыристо были написаны инструкции. И, поняв однажды, что «плетью обуха не перешибешь», Татьяна не участвовала в общем бедламе, ограничиваясь едкими фразами и сарказмом. Сидя в уголке, у окна возле теплой батареи и подальше от активных членов коллектива, Татьяна почти не прислушивалась к резво начавшемуся совещанию.

Небо за окном уже почти посветлело и намечался явно веселый, редко солнечный, зимний денек. От тоски по природе, отдыху даже засосало под ложечкой.

«Боже мой, что я тут высиживаю. Скорее, надо, как можно скорее вырваться отсюда. Надо что-то придумать» - вдруг засуетилась Татьяна.

Неожиданно «замяукал» ее мобильник - пришло сообщение. Мишка, ее давнишний друг и наставник писал: «С тебя причитается, лети в редакцию - получай свой первый гонорар.»

У Татьяны появилось новое увлечение, которое стало все больше ее занимать и отвлекало от суеты и серости каждодневных будней.

Без всякого умысла, подаренный на день рождения цифровой фотоаппарат, красивый, элегантно-серого цвета, со множеством удобных функций, делающий фотосъемку праздником, стал ее постоянным спутником в походах и поездках.

Мишка, сын известного журналиста и фотографа, пристрастил ее к фотографии. Сначала неохотно, свысока и явно поддразнивая, Мишка преподал Татьяне «азы» фотографии.

Вечно недовольный скептик, яростный противник всякого уюта, комфорта и добротных вещей, одевающийся в магазинах «эконом-класса» и обожающий на закусон «Бычков в томате», Мишка тем не менее любил и ценил хорошую технику, умел с ней обращаться и никому не доверяя, сам же ее и ремонтировал.

В его доме, в отгороженном уголке была фотокомната. И хотя пленочные фотоаппараты и увеличители канули в вечность, Мишка комнату не разбирал, а наоборот сделал из нее музей фотографии - свалил и хранил там все, что хоть отдаленно требовалось для фотосъемок.

Дорогие цифровые фотоаппараты, мощные компьютеры, разного рода периферия в виде сканеров, принтеров, куча всякого программного обеспечения, были гордостью и вечной темой для разговоров.

Попробовав однажды, под Мишкиным язвительным надзором, фотографировать, Татьяна поняла, что ее это волнует и зовет. Умелая, современная техника сводила трудности фотосъемки почти на нет. А возможности компьютерной обработки и пересылки изображений и вовсе делали съемку легкой и приятной. И Татьяна поняла, что она ступила на опасную и желанную тропу новых впечатлений от жизни.

Домашний компьютер, который раньше требовался, чтобы написать отчеты, построить графики, теперь был переполнен файлами цифровых съемок. Татьяна фотографировала буквально все. Её волновала и капля дождя на ветке, преломление солнечного света в еловом лесу, зверюшки и птицы в их повседневной жизни. Её начала волновать и сама жизнь в ее запечатленных мгновениях.

Большая любительница читать, Татьяна вдруг поняла как связаны слово и реальные картины мира. Ей казалось, что любое слово, мысль можно отобразить в образах мира, действительности. Это стало необходимостью - запечатлеть мир в образах.

И вот теперь ее оценили, опубликовали ее фото и она пойдет получать свой первый гонорар. Насочиняв что-то, Татьяна вырвалась с ненавистного совещания и весело зашагала по морозным улицам в редакцию журнала, который напечатал ее первую фотографию. С сильно бьющемся сердцем Татьяна поднималась на лифте, на последний этаж старого дома, где располагалось множество контор. С трудом отыскав нужную дверь, Татьяна выдохнув как перед прыжком, и постучала в дверь.

В большой светлой комнате с окнами, выходящими на суетливую, московскую улицу за огромными экранами современных компьютером сидели женщины. Огромный редакционный стол хранил остатки веселого чаепития, по-видимому праздновали чей-то день рождения.

Смутившись, что пришла не вовремя, Татьяна не стала расспрашивать редактора, немолодую женщину, по-видимому, работающую в газетном деле с еще советских времен, а быстро получила конверт с деньгами и заторопилась к выходу.

Деньги были мизерными, но Татьяну это не огорчило. «Надо пробовать и работать» - с энтузиазмом решила Татьяна. Ей казалось, что она теперь все сможет и все должно получиться.

Быстро решив истратить свой первый гонорар на компьтерные диски для архива и рамки для фотографий, Татьяна поспешила на автобус, который курсировал между метро и огромным, современным торговым центром.

Народу на стоянке автобусов было немного, автобус подъехал быстро и Татьяне удалось даже сесть. Место было тесное, возле окна. Напротив ее, «коленки в коленки», едва протиснувшись через солидного мужчину, села немолодая, интеллигентного вида, хорошо одетая женщина. Пытаясь хоть как-то устроиться в тесноте, Татьяна почти приблизилась к лицу этой женщины и невольно вгляделась в него.

Перед Татьяной в метре от нее сидела знаменитая писательница. Серые седые, коротко, по-мальчишьи остриженные волосы, выглядывали из-под кокетливой веселой вязаной шапочки и были узнаваемы. Насмешливый, немного ироничный взгляд умных глаз. Очки-«хамелеон», со стеклами, светлеющими при изменении освещенности, не скрывали глаз.

«Нет я ошибаюсь» - решила Татьяна.» «Не может такой известный человек, почти полубог, ездить наравне со всеми, в простом автобусе»-сомневалась Татьяна.

Татьяна совсем недавно закончила читать последнюю книгу писательницы и была под огромным впечатлением умных мыслей, верных наблюдений талантливого человека. Книга состояла из отдельных рассказов о людских судьбах. Писательница мудро отстранилась от собственного «Я». Наблюдая, и не деля людей на правильно-хороших и неправильно-плохих, она заставляла читателя сопереживать и красавице, и слепому старику, наслаждающемуся Бетховеном, и двум безутешным старухам.

Книга получилась интересной и Татьяна прочитав ее, почти каждодневно возвращалась и перечитывала понравившиеся места.

«Наверное у меня глюки! Надо прямо спросить ее, чтобы не сойти с ума». Или - не спрашивать, неприлично беспардонно беспокоить людей!» - вся в сомнениях волновалась Татьяна.

Ситуация была патовой, не спросишь - будешь потом сожалеть об упущенном общении, спросишь, а вдруг - обозналась.

Автобус подъехал к торговому центру, народ засуетился к выходу и Татьяна решилась: «Извините, Вам никто не говорил, что Вы очень похожи на…» - залепетала Татьяна.

«Да мне все говорят, что я похожа на…» - лукаво ответила женщина и загадочно улыбнулась. Выходящий и торопливый народ отстранил Татьяну от писательницы.

Она направлялась к выходу и ее быстро оттеснили от Татьяны.

Догонять и расспрашивать было нереально и неприлично. Татьяна с сильно бъющем сердцем остановилась. Что это! Зачем эта нереальная встреча с почти кумиром? Это продолжение Татьяниных размышлений о красоте мира и слове? «Вначале было слово…!» - пронеслось в уме.

Тайна, это великая тайна создателя - единство и красота слова и красок мира - ее никогда не постичь, ее надо принять.

«Ничего в этом мире не происходит случайно, во всем есть смысл» - решила и успокоилась Татьяна и быстро пошла за своими очень нужными покупками.

(Н. Свивальнева)


Рассказы