1998 г. На позициях реального разоружения


Решение СССР в одностороннем порядке сократить свои Вооруженные Силы на 500 тыс. человек принципиально подтверждает содержание новой советской военной доктрины. Наряду с уменьшением численности войск изменяется их структура, уменьшается количество военных округов, армий, почти вдвое сократится число общевойсковых дивизий.

Наш корреспондент В. ВОЙТЕНКО беседует с начальником Генерального штаба Вооруженных Сил СССР генералом армии М. А. МОИСЕЕВЫМ.

- Как будет решаться проблема контроля за выводом наших войск? Где гарантия, как утверждают иногда на Западе, что это реальное сокращение, а не переброска сил? Как будет осуществляться контроль за расформированием танковых частей?

- Сокращение наших Вооруженных Сил — это односторонняя акция Советского Союза, и юридически она не должна была бы подлежать никакому контролю. Вместе с тем, проявляя акт доброй воли, мы пошли на то, чтобы сокращение войск, включая, их вывод из ГДР, ЧССР, ВНР, ПНР, МНР и расформирование соединений (частей), в том числе танковых, осуществлять в условиях максимально возможной открытости и гласности. Для обеспечения этого принято решение о создании «Группы общественного наблюдения», в состав которой войдут представители многих общественных организаций.

От имени этой группы будут осуществляться мероприятия, связанные с привлечением советской и зарубежной общественности, средств массовой информации, по наблюдению за реализацией односторонних мер Советского Союза по сокращению его Вооруженных Сил, проведение брифингов и пресс-конференций.

Что касается Министерства обороны СССР, то оно будет оказывать группе самое активное практическое содействие в ее деятельности.

- Какие танки будут ликвидироваться — старые или новые?

- Смотря что понимать под «старыми» и «новыми». В первую очередь, разумеется, будут ликвидироваться танки более ранних моделей и годов выпуска.

- После новых сокращений останется ли у нас какое-либо превосходство в обычных вооружениях в Ёвропе, о котором так много говорят на Западе?

- Распространяемые на Западе домыслы о советском военном превосходстве предназначены для того, чтобы оправдать свои военные программы, планы модернизации, продолжать гонку вооружений. Но действительность опровергает эти домыслы.

В Заявлении Комитета министров обороны государств — участников Варшавского Договора «О соотношении численности вооруженных сил и вооружений Организации Варшавского Договора и Североатлантического союза в Европе и прилегающих акваториях» дана объективная картина сравнения военных потенциалов двух союзов и сделан вывод о том, что в Европе существует примерное военное равновесие. Показаны исторически сложившиеся дисбалансы: например, в пользу ОВД — по танкам, артиллерий, бронетранспортерам, в пользу НАТО — по ударной тактической авиации, боевым вертолетам, крупным надводным кораблям, по численности вооруженных сил. Эти дисбалансы не дают возможности той или другой стороне рассчитывать на решающее военное преимущество.

Одностороннее сокращение вооруженных сил СССР и других стран Варшавского Договора хотя и не полностью, но в значительной мере ликвидирует имеющиеся на нашей стороне перевесы по указанным вооружениям. В то же время перевесы НАТО сохраняются. Это вызывает у нас озабоченность, тем более что со стороны Запада пока не видно желания предпринять ответные шаги на нашу инициативу.

- Мы пошли на сокращение своих вооружений в одностороннем порядке. Где предел такого рода односторонним шагам? В письмах некоторых наших читателей звучит беспокойство: не пострадает ли в результате безопасность СССР?

- Думаю, что предел определяется сохранением разумной достаточности для обеспечения надежной безопасности страны. К нему нельзя подходить односторонне, надо учитывать складывающуюся обстановку. Приведу пример. Мы полтора года держали односторонний мораторий на ядерные испытания. Это был предел. Дальнейшее продолжение моратория в условиях, когда США форсированно проводили ядерные испытания, могло бы нанести ущерб нашей безопасности, обороноспособности.

Свое решение об одностороннем сокращении Советских Вооруженных Сил нд 500 тыс. человек мы всесторонне взвесили. При оценке факторов, влияющих на нашу безопасность, многократно считали: а не скажется ли это на надежности защиты от возможной агрессии против СССР и его союзников со стороны блока НАТО? Так вот, со всей ответственностью могу сказать: Советские Вооруженные Силы находятся в постоянной готовности к надежной защите своего Отечества, наших союзников, к отражению любой агрессии, откуда бы она ни исходила.

Мы не допустим нанесения ущерба обороноспособности нашей страны. Будем ее поддерживать на уровне, обеспечивающем нашу свободу, независимость и реализацию планов перестройки.

- Как повлияет сокращение Вооруженных Сил на 500 тыс. человек на характер призыва?

Прежде всего — и это главное — существенно сократятся объемы ежегодных призывов в ряды Вооруженных Сил. Ведь именно этим путем мы планируем сократить численность военнослужащих срочной службы — сержантов, старшин, солдат и матросов.

Определенным образом изменится и качественный состав призываемых. Очевидно, уже с этого года мы не увидим в числе призываемых в армию и на флот студентов дневных (очных) высших учебных заведений. Решение этой важной социальной проблемы, волновавшей широкие слои нашего общества в последние годы, было бы просто невозможным без сокращения объемов ежегодных призывов.

Что касается более длительной перспективы, то уже к середине 90-х годов с улучшением международного климата и общей демографической обстановки в стране может быть рассмотрен вопрос о расширении практики предоставления отсрочек от призыва на военную службу различным категориям граждан, например работающим в сельском хозяйстве страны или в строительстве.

- Каковы пропорции сокращения командного и рядового состава?

- Среди сокращаемых 500 тыс. военнослужащих — около 100 тыс. офицеров, около 50 тыс. прапорщиков и мичманов. Остальные — военнослужащие срочной службы.

- Как будет решаться вопрос трудоустройства военнослужащих в связи с предполагаемыми сокращениями?

- Военнослужащие срочной службы смогут вернуться к своей обычной гражданской жизни и продолжить работу или учебу. Что касается офицерского состава, то в своем большинстве офицеры армии и флота имеют высшее инженерное образование, соответствующее объему программ обучения гражданских вузов. Поэтому мы рассчитываем, что они с успехом найдут применение своим знаниям и опыту на предприятиях народного хозяйства.

Вместе с тем нельзя не видеть, что за эти годы Министерству обороны вместе с партийными, советскими органами и общественными организациями предстоит решить ряд серьезных социальных вопросов, в том числе связанных с трудоустройством увольняемых военнослужащих. Работа в этом направлении уже ведется. Министерством обороны совместно с Госкомтрудом СССР разработан план по переподготовке увольняемых военнослужащих и членов их семей. На Минобороны и Госкомтруд также ложится обязанность осуществлять контроль за их трудоустройством.

Этих мер, однако, недостаточно для полного решения всех вопросов. В Указе Президиума Верховного Совета СССР от 21 марта с. г. «О сокращении Вооруженных Сил СССР и расходов на оборону в течение 1989—1990 годов» прямо говорится о том, что местные Советы народных депутатов должны принять необходимые меры по трудоустройству и обеспечению жилой площадью увольняемых в запас или отставку лиц офицерского состава, прапорщиков, мичманов и военнослужащих сверхсрочной службы. Со своей стороны Министерство обороны в течение двух лет построит в различных регионах страны для военнослужащих, увольняемых в запас по сокращению, более ста 60—80-квартирных домов. В то же время представляется необходимым резко повысить эффективность работы специальных комиссий по трудовому и жилищно-бытовому устройству уволенных из Вооруженных Сил офицеров и членов их семей, созданных при всех исполкомах Советов народных депутатов.

- Почти два года назад было объявлено о том, что будет обнародовав реальный военный бюджет Советского Союза. Когда это произойдет, какая работа проводится в этом направлении?

- Думаю, что в скором времени сведения об оборонном бюджете СССР будут опубликованы. Нас сдерживают здесь отнюдь не соображения секретности, а реальные трудности, связанные с необходимостью объективного сопоставления наших расходов на оборону с военными расходами стран Запада. Работа над этими вопросами пока продолжается.

- Как идут переговоры в Вене? Что сдерживает их прогресс?

- Первая сессия переговоров прошла в деловой атмосфере. Выявились некоторые схожие моменты в позициях ОВД и НАТО. Так, обе стороны согласны сокращать вооружения на первом этапе до равных «потолков», которые были бы ниже меньших уровней, имеющихся у сторон. Страны ОВД предлагают сокращение от меньших уровней на 10—15%, а страны НАТО — на 5—10%. Обозначилось стремление избежать цифровой дискуссии и сосредоточиться на согласовании категорий вооруженных сил и вооружений, подлежащих сокращению, общих критериев и методики их подсчета. В основном совпадают взгляды на контроль, включая инспекции на местах без права отказа.

Вместе с тем обозначились принципиальные разногласия, которые могут сдерживать прогресс переговоров. Речь идет прежде всего о том, что страны НАТО в категорию сокращаемых вооружений включили только танки, артиллерию и бронемашины, то есть те вооружения, по которым преимущество на стороне ОВД. Умышленно исключены ударная авиация, боевые вертолеты, а также численность вооруженных сил, по которым превосходство на стороне НАТО.

Западный подход характеризуется нереальным запросом, рассчитанным на сокращение только тех вооружений, ио которым Варшавский Договор имеет перевес. Ударную тактическую авиацию и боевые вертолеты натовцы отказываются рассматривать только потому, что имеют по ним преимущество. По нашим оценкам, НАТО превосходит ОВД по ударным самолетам в 1,5 раза, боевым вертолетам — примерно в 2 раза, по численности войск — почти на 100 тыс. человек.

Предлагаемое Западом деление всей зоны от Атлантики до Урала на четыре района направлено на то, чтобы привести к одностороннему сокращению вооружений странами ОВД, разрушить группировку их вооруженных сил в Европе, в то время как группировка вооруженных сил НАТО практически не претерпит изменений. Такой подход не соответствует положению Мандата о том, чтобы при сокращениях не было оказано отрицательного воздействия на безопасность каждого государства.

В принципе региональный подход, видимо, заслуживает рассмотрения, но при условии, если ограничения будут распространяться одновременно, например, на Центральную Европу и Юг Европы, а также будут учитываться складские запасы вооружений. При этом ограничению должны подлежать все дестабилизирующие вооружения — ударная тактическая авиация, боевые вертолеты, танки, артиллерия, БТР, а также численность войск.

Думаю, что позиция Запада нуждается в корректировке в сторону сближения ее с позицией Варшавского Договора. Для прогресса переговоров надо преодолеть главное, а именно — странам НАТО следует отказаться от запланированных попыток добиться военного превосходства, осознать происходящее в мире и встать на позиции реального разоружения.

(Фото В. Ахломова.
"Аргументы и Факты", №15, 1989 г.)