От автора
К идее написать эту книгу меня подтолкнула соседка, живущая этажом ниже. В тот вечер она зашла полюбоваться на семерых чудесных котят...
детство и юность
дикаркины рассказы
К идее написать эту книгу меня подтолкнула соседка, живущая этажом ниже. В тот вечер она зашла полюбоваться на семерых чудесных котят...
Свои первые воспоминания о детстве я связываю с рождением моей младшей сестренки. Так как именно с этого времени и начинаются мои первые Горести.
Жили мы в коммунальной квартире. Хотя это, наверное, не очень подходящее название. Коммуналка - это когда рядом чужие живут, а в нашей квартире жили все родственники.
Больше всех любила я бабушку Федору, даже не знаю почему. Может потому, что была она большая, толстая и добрая, и ее можно было совсем не слушаться.
Стыдно признаться, но я никогда не была примерным ребенком. Никогда не сидела я чинно рядом с мамой, никогда не вертелась перед зеркалом, примеряя мамины платья или туфли.
Обычно мы с сестренкой гуляли во дворе. И мы любили возиться в песочнице, делая разнообразные куличики, или просто кататься на больших железных качалках
В больнице мне совсем не понравилось. Тоска была смертельная, чистота стерильная, люди в белых халатах и рука в гипсе. И я не понимала, с какого такого испуга я должна целыми днями смирно лежать в кровати.
Как-то зимой папа принес срубленную елку и сказал, что завтра будет Новый год. Я очень обрадовалась, так как любила все новое, и даже удивилась, как это я не догадывалась, что живу все время в старом.
Как-то бесцельно бродя по улицам, я обнаружила возле какого-то магазина елку. Новый год давно прошел, и эта елка лежала на боку, среди грязного, подтаявшего снега, без единой иголки и очень напоминала ту, которая стояла у нас дома.
Почему-то с девчонками я не дружила. Не нравилось мне обсуждать какие-то рюшечки и бантики, и говорить, какие все мальчишки дураки и идиоты.
Однажды я осталась дома совершенно одна. Все соседи нашей коммуналки разошлись по своим делам, и даже бабушка куда-то уехала. Мне было скучно и одиноко.
Как в мою жизнь вошел этот парнишка, я не могу вспомнить, но то, что он занял в моей жизни довольно значительное место, это уж определенно.
Как-то Вовка пришел ко мне в гости, бабушка была в магазине, и я очень обрадовалась, предвкушая веселые игры, на которые Вовка был большой выдумщик.
Долго друг без друга мы с Вовкой обходиться не могли. И скоро нашли себе новое развлечение - катание в автобусах. Обычно мы катались втроем: я, Вовка и Надя.
С тех пор мы с Вовкой встречались только украдкой. И он приходил к нам, если только родителей не было дома. Бабушку нашу он нисколько не боялся, так как она и в самом деле была очень добрая.
Во дворе нашего дома стояли гаражи. Вовка часто забирался на их крыши по росшему рядом дереву, и оттуда все время обзывал меня трусихой.
Еще нашей любимой с Вовкой затеей была ловля жуков. Для этого мы брали с собой пустые коробки из-под спичек, уходили на ближайший пустырь, и начинали охоту.
Ох-хо-хо, как же мне не хочется писать эту главу! Многое бы в своей жизни отдала, чтобы не было того случая, и чтобы эти воспоминания не жгли стыдом всю мою жизнь и не отравляли мои светлые воспоминания о детстве.
И вот родители, устав от моих проказ, решили отправить меня в круглосуточный детский сад, который находился под Москвой, в Малаховке. Помню, перед отъездом мама купила мне необыкновенно красивую куклу.
Пока папа оформлял документы, я осмотрелась. И мне эта затея нравилась все меньше и меньше.
Один раз, когда мы были на прогулке, воспитательница отлучилась ненадолго и я решила, пока ее нет выглянуть за глухой забор, окружавший детский сад, до того я соскучилась по свободе.
Среди детей старшей группы я была самой маленькой, и чувствовала себя совершенно чужой. Игрушек мне теперь вовсе никаких не доставалось, и я очень горевала, что вместе со мной не перевели и мою куклу Наташу.
В школу я идти совсем не хотела. Наташка, двоюродная моя сестра, которая жила в соседней комнате и была старше меня на целых шесть лет, говорила, что в школе мне будут ставить только двойки
Был душный, жаркий день и мы с Вовкой брели, бесцельно гоняя камешки по дороге, пока он не нашел в пыли три копейки.
Но как-то и мне посчастливилось и возле дороги я нашла копейку. Квасу на них нельзя было купить, и я побежала к Вовке спросить, что же мне с ней делать.
Как-то я зашла за Вовкой, чтобы пойти погулять, но он с деловым видом сказал, что занят весьма важным делом и провел меня в свою комнату. И я увидела вещь, которая меня просто заколдовала.
Свое первое знакомство с кошкой я запомнила очень хорошо. И вот почему. Вообще-то, по части кошек и собак, я была ужасной трусихой.
Никак не могу вспомнить, с чего же началась моя безграничная любовь к кошкам. Может быть, у кого-то в гостях увидела я котенка, который заставил меня увидеть в живом пушистом комочке с хвостиком и ушками то солнышко, которое заполнило всю мою жизнь.
И вот чудо случилось. Каждое утро я просыпалась от шершавого языка своего Маркиза. Это было так чудесно!
Да, я не помню, как полюбила кошек. Но вот с чего началась моя дружба с собаками, помню прекрасно.
Одно время Надя увлеклась шефством над собаками, то есть она ходила к людям, у которых были собаки, и выгуливала их питомцев. По-моему люди были очень довольны, что не надо было выходить лишний раз на улицу.
А сейчас я расскажу немного о человеке, о котором в принципе не хотела бы ни писать, ни думать, да и вообще была бы рада, если его не существовало вовсе. Нигде и никогда.
Итак, с Найдой мы подружились. Я уже без опасения подходила к самой будке и гладила эту большую собаку. И была очень довольна собой, меня просто-таки всю распирало от гордости, что смогла приручить такую злобную собаку.
Недалеко от наших хрущевских пятиэтажек, стоявших ровно в ряд друг за другом, как близнецы-братья, располагался огромный пустырь. Это сейчас от пустыря ничего не осталось, весь застроился.
Итак, мы купили маленького щеночка. Он весь был черненький, только лапки и грудка белые. И пока мы его везли с птичьего рынка, он совсем не пищал, наверное почувствовал настоящих хозяев.
Наступило лето. Джек из маленького щеночка превратился в небольшую собачку, с чуть завитой шерстью и только бородка и мохнатые брови напоминали, что кто-то из его родни на самом деле был терьером.
Москва нас встретила пылью и духотой, и по сравнению с зеленым волжским островом казалась нам сущим адом. Лето еще и не думало кончаться, и нам было скучно гулять с Джеком по раскаленному асфальту.
Я столько времени рассказываю о кошках и собаках, что у читателя может появиться мысль, что кроме, как с животными я, подобно Маугли, ни с кем не общалась. Но это было не совсем так.
Как-то у нас в классе появилась новенькая девочка Фая Абидула. Почему-то никто не хотел с ней дружить, хотя она была очень смешливой и доброй девочкой, наверное, наш класс уже разделился на отдельные группировки, где лишним места уже не было.
Знакомых в девятом классе почти не осталось, в основном были ученики из других классов, и даже школ. И я совсем приуныла, так как совершенно не могла обходиться без подруги и уже жалела, что не пошла в какое-нибудь училище, в которые поступали мои подружки.
Как-то перед Новым Годом мой отец достал на работе два билета на Новогодний Бал, который проходил в ресторане "Золотой Колос" на территории ВДНХ.
На следующий день я сразу побежала к Оле, телефон которой я дала незнакомцу, и спросила, не звонил ли мне кто-нибудь, и очень удивилась, что нет. И на следующий день он тоже не позвонил.
Однако я недолго переживала. Возможно, в душе я понимала, что ничего серьезного с этим взрослым человеком, которого я так и порывалась называть дяденькой, не было, да и быть не могло.
Ну, ладно, худо-бедно они все-таки закончились, все получили аттестаты, и навсегда распрощались со школой. Прозвенел последний звонок, и кто-то из ребят предложил всем вместе съездить на ВДНХ, чтобы отметить там окончание школы.
Вот и кончилось детство. Вот она, долгожданная свобода. Не надо вставать по утрам, не надо бежать в школу, не надо делать противных уроков, не надо краснеть у доски. Только что-то мне совсем не радостно.
К своему удивлению, я не просто сдала экзамены, я их сдала хорошо, так что стипендия была у меня "в кармане", что определенно повысило мою веру в себя, и лишняя тридцатка в моем бюджете явно не была лишней.
Вскоре у нас началась практика, и нашу группу направили в мастерскую, располагавшуюся в каком-то подвале, пропахшим стружкой и машинным маслом и заставленным токарными, фрезерными и сверлильными станками.
Однажды к нам домой зашла Татьяна, моя двоюродная сестра, с молодым человеком, своим женихом, и принесла приглашение на свадьбу.
ТСкоро Талгат и правда позвонил, и назначил свиданье. Я знала, что наш роман долго не продлится, и решила не отказываться, в душе приказав себе не расстраиваться, если это свидание окажется и последним.
С тех пор мы с Талгатом начали встречаться. Иногда мы встречались у Татьяны, иногда ходили в кино, иногда еще куда-нибудь. Однажды он позвонил и пригласил к себе в общежитие.
Однажды Талгат пригласил меня в пивной бар. Я поначалу тоже отказалась, так как совсем не считала это заведение подходящим для свидания, но поразмыслив, пришла к заключению, что на ресторан у бедного студента вряд ли хватит денег.
Подходило к концу мое обучение в техникуме, и на преддипломную практику нас послали на Долгопрудненский машиностроительный завод. Обещали, что кроме ученических 45 рублей нам будут доплачивать столько, сколько мы сумеем заработать.
Итак, я сидела дома с больным пальцем и скучала. Как-то мне позвонил Талгат, но я швырнула трубку, и заскучала еще больше. Потом перезвонила Татьяна, и сказала, что Талгат хочет забрать свои книги.
Итак, я взялась за книги. Когда на улице шел противный дождик я заваливалась на диван и, уютно устроившись, подложив под голову гору подушек, открывала Хаменгуэя и вместе с ним уходила в неизвестный мне ранее мир человеческих отношений и чувств.
С Талгатом мне было хорошо. Очень хорошо. И когда он предложил мне руку и сердце, и попросил стать его женой я, не раздумывая, сразу же согласилась
И понеслось, и закрутилось. Ремонт квартиры, покупки разных вещей, письма родственникам. Я к вечеру так уставала, что даже думать ни о чем не могла.
Боже, как я могла такое написать? Что за ужас! Зачем я это все писала??? Хотела вообще выкинуть и не позороться.